Американский взгляд на церковную историю России: Интервью с Грегори Фризом

Дата публикации: 01.11.2013

В рамках конкурса исследовательских работ молодых ученых «Вера и религия в современной России» служба «Среда» начала серию интервью с исследователями религии. Очередное интервью — с американским историком Грегори Фризом, знатоком истории русского духовенства.

«В некотором смысле Запад претерпел «расцерковление», но не «дехристианизацию». Судя по данным о постсоветской России, ситуация в ней примерно такая же»

Грегори Фриз,

профессор Брандейского университета, преподаватель современной европейской и российской истории

Freeze330VГ-н Фриз, расскажите, пожалуйста, где Вы получали образование?

Я получил степень PhD в 1972 году в Колумбийском университете в Нью-Йорке, где я учился под руководством проф. Марка Раэффа и Леопольда Хаимсона. Как многие русисты в 1970-е гг., я интересовался социальной историей России и вскоре заметил, что почти никто — по крайней мере, кроме П.В. Знаменского — не работал серьезно по теме духовного сословия. В самом деле, немногие историки обращались к дореволюционной литературе, ни западные, ни советские историки не уделяли достаточного внимания Церкви и духовенству. Если в бывшем Советском Союзе это было вполне предсказуемо (с его антирелигиозным режимом), то это также было характерно и для западных исследователей (за исключением ученого эмигранта Игоря Смолича, который в то время жил и работал в Западном Берлине).

Это пренебрежение к историографии резко контрастировало с исследованиями по западноевропейской истории; британские, французские и (в меньшей степени) немецкие историки уже давно приступили к изучению социальной ткани религиозной жизни, уделяя особое внимание подбору, обучению и роли духовенства (как белого, так и черного). Сам профессор Раэфф занимался изучением русского дворянства и обращал внимание на важность сравнительных исследований, поэтому он настоятельно рекомендовал мне включить Россию в современные исследования по западной историографии.

Председателем на защите моей докторской диссертации был отец Георгий Флоровский, известный богослов, историк и автор многих серьезных работ, включая «Пути русского богословия» (1937). В то время ему было уже 75 лет, но он был по-прежнему идейно плодотворен и конструктивен в своей критике.

на лекции гумбольдт 21 мая 2013 гПочему именно Россия привлекла Вас как исследователя?

Как я уже объяснил, мой интерес к русскому духовенству возрос благодаря возможности провести оригинальное исследование: со времен революции ни церковные, ни светские исследователи не проводили научные исследования по русскому православному духовенству. В то время также была необходимость изучать иерархию и монашество, но я решил сфокусироваться на приходском духовенстве, потому что его представители находятся в непосредственной близости и взаимодействии с прихожанами. Я считал, что изучение приходского духовенства даст мне возможность по-новому взглянуть на «народное православие» и на то, что Церковь и православие значат в повседневной жизни простых верующих.

Из моих последних исследований мне стало очевидно, что народная религия была довольно сильна: люди демонстрировали чрезвычайно высокий уровень участия в религиозных обрядах до конца старого режима и после. В этом отношении Россия оказалась поразительным исключением из того, что современные европейцы называют неумолимой, вездесущей «секуляризацией».

Фото: на лекции «Православие, власть и секуляризация в России 1860-1940 гг.», Германский исторический институт в Москве, 21 мая 2013 г.

Расскажите, пожалуйста, о своих текущих проектах

2 aocВ данный момент у меня два проекта. Первый — это подготовка сборника для серии «Анналы коммунизма» (Yale University Press), в которой публикуются новые документы советских времен с аналитическими комментариями. Мой сборник для этой серии называется «Большевики и верующие: русское православие, 1917-1941» (Bolsheviks and Believers: Russian Orthodoxy, 1917-1941), в нем перенесен акцент с борьбы между новой властью, институциональной Церковью и духовенством на противостояние между новым режимом и верующими. Главный аргумент состоит в том, что большевики упразднили Церковь как институт и растворили духовное сословие (как группу служителей), но со временем сместили власть на приход и мирян. Усиление роли мирян лежит в основе религиозной истории 1920-х и 1930-х гг., когда в первом десятилетии произошло возрождение народного православия, а в 1930-е гг. велась систематическая кампания по уничтожению прихода и мирян-активистов (церковников).

Второй проект, который на самом деле начался раньше, но его пришлось отложить из-за Йельского сборника, посвящен изучению той же проблемы Церкви, государства и мирян, но уже в Императорской России (1750-1917). Проект преимущественно сфокусирован на триаде взаимоотношений между этими акторами, а именно на кампании, посвященной регулированию и реформированию народного православия Церковью и государством, а позднее — с сер. 19 в. — попыткой власти ревалоризировать народное благочестие. Все это по сути является «предысторией» к тому, что позже развернулось в два первых десятилетия «советской власти».

рггу 16-18 февр 2012Что Вы думаете о таком феномене, как вера вне религии? Чем он вызван, как проявляет себя и насколько важен в России?

За последние 15-20 лет историки, антропологи и социологи дивились тому количеству статистических данных, которое есть по религии на Западе. Обширные эмпирические исследования (включая «Всемирное исследование ценностей» (World Values Surveys), American Religious Identification Surveys и опросы, проводимые the Pew Research Center’s Forum on Religion) демонстрируют широко распространенную практику «веры вне принадлежности» (“believing without belonging”). Т.е. большое количество людей в номинально «секулярных странах» исповедуют веру (в Бога как личность, рай и воскресение, десять заповедей и их исполнение и т.д.), но сравнительно немногие (обычно до 10%) принадлежат к религиозным институтам. Получается, люди «верят вне принадлежности» (фраза, которую Грейс Деви придумала в 1994, и с тех пор она широко используется в профессиональной литературе). Скорость, конечно, значительно различается: ​​разрыв между «верующими» и «принадлежащими» намного выше в Западной Европе, чем в Северной Америке. Но эта разница постепенно сокращается, так как американцы (подавляющее большинство которых ранее были и верующими, и принадлежали к церкви) становятся все более независимыми от церкви, но не от веры. В некотором смысле, Запад претерпел «расцерковление», но не «дехристианизацию», конечно, не в той упрощенной форме, как это представляли Маркс, Дюркгейм и Вебер.

Фото: на конференции «Религиозные практики в СССР: выживание и сопротивление в условиях насильственной секуляризации», РГГУ, Москва, 16-18 февраля 2012 г.

Судя по данным о постсоветской России, ситуация в ней примерно такая же: очень высокий процент верующих при очень небольшом количестве тех, кто принимает активное участие в церковной жизни. Люди редко и ненадолго приходят на богослужения (даже в большие праздники), и, похоже, они такие же «расцерковленные», как и верующие на Западе.

Впрочем, это не совсем моя сфера научных интересов и исследований, я оставлю это для других! Но я думаю, что для специалистов по русской религиозной жизни было бы очень полезным ознакомиться с теоретическими и эмпирическими исследованиями по Западной Европе и Северной Америке, которых становится все больше. Это поможет русистам точнее формулировать вопросы, направлять эмпирические исследования и опросы в более продуктивном направлении (с возможностью сопоставления результатов) и в конце концов понять, что же является уникальным именно для России и что характерно для современного мира, Востока или Запада. Я очень сомневаюсь, что специалисты придут к единому мнению. Тем не менее, мы можем понять различия (качественно и количественно), только если поставим схожие вопросы и получим данные, основанные на таких вопросах и методологии.

Узнать больше:

«Вся власть приходам»: возрождение православия в 1920-е гг. // Государство, религия, церковь, № 3-4 (30) 2012. С. 86-105.

Великие реформы и Русская православная Церковь: роль митрополита Филарета // доклад на конференции «Митрополит Филарет Московский (1782–1867): грани его личности и деятельности в России XIX века» в Свято-Троицкой духовной семинарии в Джорданвилле, 2002

Православие, власть и секуляризация в России 1860-1940 гг. // Лекция, организованная фондом им. Александра фон Гумбольдта совместно с Германским историческим институтом в Москве.

Смотреть ВИДЕОЗАПИСЬ лекции «Православие, власть и секуляризация в России 1860-1940 гг.»:

Orthodoxie, Herrschaft und Säkularisierung in Russland, 1860-1940. Vortrag von Prof. Gregory Freeze (Brandeis University, USA). from DHI Moskau on Vimeo.

Фото: ЕСМ, РГГУ, Brandeis University

Подготовила Ксения Медведева

NIKE PAS CHER POUR FEMME nike jordan 6 homme pas cher