Духовное или материальное, прошлое или будущее, личность или коллектив, ожидание или действие

Дата публикации: 16.09.2012

Аксио-радар по результатам Всероссийского репрезентативного опроса  службы Среда (полевые работы ФОМ, 1500 респондентов).

Служба «Среда» провела очередной опрос, цель которого – анализ ценностных предпочтений россиян по четырем осям: ДУХОВНОЕ-МАТЕРИАЛЬНОЕ, ПРОШЛОЕ-БУДУЩЕЕ, ЛИЧНОСТЬ-КОЛЛЕКТИВ и ГОТОВНОСТЬ ЖДАТЬ-ДЕЙСТВОВАТЬ. Для каждой из осей было сформулировано по два взаимоисключающих утверждения, по которым респондентам предлагалось по 5-тибалльной шкале оценить свое согласие или не согласие  (1 – совершенно не согласен, 5 – совершенно согласен).  Исследовательская гипотеза: ценностная устойчивость респондентов отражается в выборе по каждой из осей среднего балла, свидетельствующего об отсутствии у них аксиологических отклонений, или предвзятости. Сужение оси с обеих сторон свидетельствует о «сжатой пружине», о вытеснении данной оси из когнитивной рефлексии; двухстороннее расширение оси  – напротив, об амбивалентности, о противоречивости ценностных установок и своего рода  «запутанности» респондента. Если ось оказывается равномерно сдвинутой к одному из полюсов,  – возможно, мы имеем дело с идеологией.

Полученные результаты (в скобках приведено среднее значение по общей выборке):

  1. ДУХОВНОЕ (3,1) – МАТЕРИАЛЬНОЕ (3,7): ось является несколько растянутой, с более выраженной «материальной» стороной. Тем не менее, «материалистичность» россиян не является идеологической, она скомпенсирована достаточно высокой оценкой важности духовных ценностей.
  2. ПРОШЛОЕ (2,4) – БУДУЩЕЕ (3,9): ось заметно смещена в сторону будущего. Возможно, мы имеем дело с деформацией восприятия времени, с дисбалансом в пользу «будущего»,  с идеологией. Респонденты оказываются готовы пренебречь прошлым ради будущего, возможно, следуя обещаниям проекта модерна, направляющего «стрелу прогресса» вперед и делающего будущее важнее, чем прошлое.
  3. ЛИЧНОСТЬ (2,7) – КОЛЛЕКТИВ (3,4): ось несколько сдвинута в сторону большей важности коллектива, смещение симметричное, но менее выраженное, чем в случае предпочтения «будущего». Можно говорить об относительном коллективизме россиян.  Является ли это отголоском советских ценностей, откликом на новую мобилизацию или чертой «национального характера»?
  4. ГОТОВНОСТЬ ЖДАТЬ (3,4) – ГОТОВНОСТЬ ДЕЙСТВОВАТЬ (4,2): самая интересная ось, растянутая в обе стороны, что свидетельствует о растерянности россиян относительно востребованного формата социального действия.  Амбивалентность выражается в повышенной готовности россиян одновременно  как терпеливо ждать, так и активно действовать, — с некоторым смещением предпочтений в пользу активного действия.

Ценностные оси и социально-демографические характеристики: факты

  1. Ценностные предпочтения россиян практически не зависят от ПОЛА (с небольшим исключением: женщины несколько более терпеливы)
  2. ВОЗРАСТ: разница есть. С возрастом возрастают ценности духовности и коллективизма (последнее, не исключено, является отголоском советского прошлого). Чем старше мы становимся, тем важнее для нас прошлое. Группа старше 65 лет заметно отличается от  остальной массы опрошенных.
  3. ОБРАЗОВАНИЕ. Респонденты с высшим образованием являются бОльшими индивидуалистами, чем их менее образованные сограждане.  Они же реже говорят о необходимости материального благополучия, в то время как умение всегда активно действовать эта группа оценивает заметно выше, чем в среднем. Индивидуализм, духовный запрос, готовность действовать: образованные россияне – чем не прообраз гражданского общества?
  4. ДОХОД. Если Вы не оглядываетесь назад, высоко цените духовность и готовы проявить терпение, — у Вас есть шанс оказаться в числе наиболее обеспеченных граждан России.  Напротив, менее терпеливы и менее духовны опрошенные с самым низким уровнем дохода, которые выше всех оценивают необходимость материального благополучия.
  5. РАЗМЕР НАСЕЛЕННОГО ПУНКТА. Важность духовных ценностей возрастает с увеличением размера населенного пункта. Соответственно, самыми духовными оказываются, как ни странно кому-то это может показаться, — москвичи.
  6. ФЕДЕРАЛЬНЫЕ ОКРУГА.
    Ответы жителей Центрального, Приволжского и Сибирского Федеральных округов не имеют значимых расхождений с ответами в среднем по России. Наиболее отличаются от России по своим ценностным предпочтениям — Уральский и Дальневосточный округа.
    Северо-Западный округ: в нем проживает меньше коллективистов и больше индивидуалистов.
    Противоположным ему является Северо-Кавказский и Южный округ, в котором более значим коллективизм.
    На Дальнем Востоке живут «терпеливые коллективисты»  с одновременно выше среднего  выраженным запросом и на материальные, и на духовные ценности.
    На Урале мы находим наиболее материалистично ориентированных россиян, которые при этом максимально нацелены в будущее,  готовы отказаться от прошлого.  Это территория, которая, возможно,  не готова ждать перемен.
  7.  ЭЛЕКТОРАЛЬНЫЕ ПРЕДПОЧТЕНИЯ.
    1. Респонденты, проголосовавшие за В.Путина, похожи на «средних россиян». Два небольших отклонения:  несколько более выражен коллективизм и выше запрос на материальные ценности.
    2. Коммунисты, напротив, отличаются от среднего по России, будучи заметно более  ориентированными на духовность.
    3. Не менее духовны, чем коммунисты,  проголосовавшие за С.Миронова,  однако, в отличие от коммунистов, «мироновцы» — индивидуалисты.
    4. Индивидуалистами являются также сторонники В.Жириновского,  которые еще более материалистичны, чем «путинцы».
    5. Проголосовавшие на президентских выборах за М.Прохорова реже всего говорят о важности прошлого.
  8.  ВЕРОИСПОВЕДАНИЕ. Интересной находкой является вариативность ценностных предпочтений в зависимости от вероисповедания респондентов. Самым чувствительным является отношение к прошлому. Напротив, как ни странно, необходимость духовности мало отличается среди представителей разных групп, являясь  одинаково «средне-востребованной» как среди верующих, так и среди неверующих.
    1. Православное большинство находится ближе всего к «средним россиянам».
    2. Группа неверующих: индивидуалисты.
    3. Те, кто «верит в Бога без религии» — больше других нацелены в будущее и реже всего думают о прошлом.
    4. Наибольшую роль прошлое играет для мусульман; представителей этой группы также характеризует наименьшая среди россиян  ценность умения терпеливо ждать.

В ближайшее время выйдет материал  «АМБИВАЛЕНТНАЯ РОССИЯ»,  в котором будут рассмотрены группы россиян, давших в ходе опроса взаимоисключающие ответы.

Фото: Игорь Фурсов, Ирина Воронкова, Николай Телегин — участники фотоконкурса «Святое и ценное в России»

Релиз основан на результатах всероссийского репрезентативного опроса, в рамках которого россиянам было предложено оценить степень своего согласия (1 — совершенно не согласен; 2 — скорее не согласен; 3 — в чём-то согласен, в чём-то не согласен; 4 — скорее согласен;  5 — совершенно согласен) со следующими утверждениями:

  1. ‘Будущее важнее, чем прошлое.’
  2. ‘Прошлое важнее, чем будущее.’
  3. ‘Ценности коллектива значат больше, чем ценности одного человека.’
  4. ‘Ценности одного человека значат больше, чем ценности коллектива.’
  5. ‘Материальное благополучие необходимо, а духовность — желательна.’
  6. ‘Духовность необходима, а материальное благополучие — желательно.’
  7. ‘В жизни всегда нужно действовать, проявлять активность.’
  8. ‘В жизни нужно уметь терпеливо ждать.’

Для увеличения диаграммы нажмите на изображение.

 

Комментарии экспертов к итогам опроса

Александр Морозов, шеф-редактор Русского журнала, директор Центра медиаисследований УНИК

Нематериальные мотивации становятся важнее, чем материальные, а будущее важнее, чем прошлое

↑ к началу статьи

Насколько можно судить, данные этого опроса показывают, что рост доходов и экономическая устойчивость в нулевые годы в России ведет к тому, что ценности «выживания» сменяются ценностями «самореализации».  Нематериальные мотивации становятся важнее, чем материальные, а будущее важнее, чем прошлое.  Исследования социологов Высшей школы экономики показали, что  россияне сейчас планируют свою жизнь в более длинном горизонте, чем десять лет назад. Будущее становится более длинным и более структурированным.  В целом это подтверждает концепцию Р.Инглхардта о модернизации.  Опрос показывает, что ценности коллективизма по-прежнему важнее, чем ценности индивидуализма.  Но к оценке этого соотношения надо относиться осторожно. Что вкладывает современный  россиян в понятие «коллективное» и «индивидуальное»? В советское время у этих понятий был конкретный идеологический контекст.  А сейчас?  Сейчас было бы уместно задавать вопрос не по оси «коллективное – индивидуальное». Скорее существенным является отношение к культурному разнообразию и культурной «монополии».  Индивидуализм в современном смысле — это просто сознательная симпатия к культурному и стилистическому разнообразию. Ему противостоит сознательная приверженность к «культурному мейнстриму» — не важно государственному или коммерческому.  Ну, и конечно нельзя противопоставлять ценности индивидуализма религиозной приверженности.  Персональная самостоятельность в решении жизненных вопросов, в выборе собственного жизненного пути не противостоит вере в Бога. Верующий в такой же мере является самостоятельным субъектом собственной жизни, как и неверующий.  Кроме того, «коллективизм» атеистов, как показала русская история, гораздо опаснее,  чем «коллективизм» верующих.

Интересно было сравнить эти данные центра «Среда» с многолетними исследованиями под руководством М.Горшкова, чтобы понять – фиксируется ли существенное изменение в ценностных предпочтениях россиян в 90-е и нулевые. Все-таки это два очень разные десятилетия.


Константин Бакулев, кандидат экономических наук, директор Института социально-экономической модернизации

Провал с прошлым – это самый неприятный диагноз опроса

↑ к началу статьи

Честно говоря, результаты опроса, проведенного службой «Среда», в основном можно считать предсказуемыми. Может быть, наименее ожидаемым стала чрезвычайно низкая ценность прошлого в сознании большинства россиян. На фоне усилий официальной пропаганды, особенно эксплуатирующей тему Великой Отечественной, это выглядит вроде бы странно, хотя в следующий момент понимаешь: иначе быть и не может, если Великую Победу, согласно логике малохудожественных и околонаучных поделок последних десятилетий, одержала страна, возглавляемая «бандой тиранов и кровопийц». Безусловно, в стране с таким «непредсказуемым прошлым» ценность прожитого определяется лишь затаенной в этом прошлом злобы и последующим отмщением, но поскольку подавленная агрессия разрушает ее носителя еще эффективнее, люди стараются ампутировать из своего сознания вместе с фрустрацией и само прошлое.

Поэтому, на мой взгляд, провал с прошлым – это самый неприятный диагноз опроса. Абстрактно говоря, это свидетельство серьезной внутренней неустойчивости социума. Обесценение прошлого выражается в том числе и в пренебрежительном отношении к пенсионерам, авторитету и мнению старших, включая родителей. В то же время, справедливости ради, надо сказать, что опрос не позволяет сделать вывод именно о невостребованности традиционалистских ценностей – прежде всего, из-за, мне кажется, намеренной нечеткости формулировки (прошлое важнее, чем будущее…). Поэтому отказ от ценности прошлого – фактическая констатация неудовлетворенности настоящим! Отсюда и чуть более выраженная готовность действовать, потому что терпеливо ждать могут только те, для кого настоящее еще имеет значительный запас прочности. Однако авторы опроса, мне кажется, правильно увидели в «растянутых» результатах оси «ждать — действовать» растерянность россиян относительно востребованного формата социального действия. Это может говорить также о хаотичности и раздробленности, царящих внутри различных социальных групп,  о случайности их поведенческих векторов, а значит, отсутствии общих ориентиров и целей.

Остальные две «оси противоположностей» выглядят более сбалансировано, хотя небольшое превалирование материального и коллективного тоже само по себе противоречиво (впрочем, не более, чем Третья Программа КПСС, где эти две ценности умудрились склеить воедино). И конечно не стоит обольщаться самопрезентациями граждан как духовных или материально ориентированных: первые часто оказываются жестокими поборниками внешней обрядовости, а вторые иногда просто готовы помочь голодным и бездомным.

В целом, значительно больший интерес представляют данные и их интерпретации по социально-демографическим группам. Хотя, например, вывод авторов: «Индивидуализм, духовный запрос, готовность действовать: образованные россияне – чем не прообраз гражданского общества?» порождает горькую улыбку — ведь гражданское общество как раз и отличается умением согласовывать индивидуальные интересы, выдвигать коллективные требования и самим продуцировать образцы высокой духовности, зовущие к самоизменению, а не только формировать запросы на псевдодуховную жвачку.

И последнее, а на самом деле – первое, о чем спрашиваешь сам себя, на что обращаешь внимание: какова цель опроса? Для чего будут использованы полученные данные? Почему-то не покидает ощущение, что построить позитивную программу исправления деформаций общества на базе такого опроса очень непросто. А вот обнаружить с помощью полученных результатов слабые звенья и углубить через них раскол в социуме гораздо легче. Может быть, в дальнейшем нашей власти для понимания происходящего стоит использовать и другие, более сложные социологические инструменты?



NIKE PAS CHER POUR FEMME nike jordan 6 homme pas cher