Родина

Дата публикации: 20.12.2012

Что мы Родиной зовём?
Дом, где мы с тобой живём,
И берёзки, вдоль которых
Рядом с мамой мы идём.
Что мы Родиной зовём?
Поле с тонким колоском,
Наши праздники и песни,
Тёплый вечер за окном.
Что мы Родиной зовём?
Всё, что в сердце бережём,
И под небом синим-синим
Флаг России над Кремлём.

Владимир Степанов

В рамках Всероссийского репрезентативного опроса, проведенного по заказу службы СРЕДА (полевые работы: ФОМ-Пента, выборка 1500 человек), россиянам предлагалось ответить на открытый вопрос «Что для Вас значит Родина? Какие мысли, чувства, образы, ассоциации возникают у Вас, когда Вы слышите слово «Родина»?» Все полученные ответы впоследствии были разбиты на 14 больших групп, сформированных по следующим смысловым доминантам:

  1. Что-то близкое и дорогое
  2. Место, где родился и вырос, отчий дом
  3. Россия:  страна, государство
  4. Красивая природа
  5. Обидно за  Родину
  6. Место, где живу и работаю
  7. Место, где живут родные, близкие, семья
  8. Дом
  9. Моя область, край, город, поселок, деревня
  10.  Родину нужно защищать
  11.  Гордость Родиной, патриотизм
  12.  Родина – мать
  13.  Наша Родина – СССР.
  14. Родина – это сама жизнь, святое.

 Кроме  ответов, так или иначе подходящих под эти формулировки, респонденты также давали следующие: «Другое», «Нет мыслей, чувств, ассоциаций», «Затрудняюсь ответить, нет ответа».

 Главные результаты

С чего начинается Родина? На этот вопрос, превратившийся 44 года назад в общеупотребительную фразу благодаря проникновенно исполненной Марком Бернесом в советском фильме «Щит и меч» песне Михаила Матусовского и Вениамина Баснера ответ, скорее всего, у каждого найдется свой. Однако симптоматично и глубоко символично, на наш взгляд, что как Матусовский, так и автор вынесенного в эпиграф стихотворения, написанного в гораздо более позднюю историческую эпоху, на первые места поставили глубоко личные, а не общенародные и тем более не общегосударственные дефиниции. И Кремлю, и флагу, и даже юношеской клятве Отчизне места там, разумеется, находятся – но места это все же не первые.

По-прежнему ли актуален подобный статус-кво? Каковы образы Отчизны и малой родины у среднего россиянина сегодня и как они соотносятся между собой в различных группах респондентов? Ответы на эти вопросы мы и предлагаем вашему вниманию.

На основе данных социологического опроса, был проведен анализ образа Родины в массовых представлениях россиян как в целом по всему репрезентативному массиву опрошенных, так и по отдельным гендерным, возрастным, и самоидентификационным (политическим, социокультурным и национальным) профилям. Введен показатель, отражающий количественную меру общенародных, государственных, державных тональностей в образе Родины, и рассчитаны его значения по всем выборкам исследования.

В результате выяснилось, что в образе Родины в массовом сознании доминируют приватно-личностные ассоциативные характеристики, связанные с малой родиной, домом или местом жительства. Сильнее всего они присущи малообеспеченным респондентам, регулярно посещающим богослужения верующим, работникам сферы услуг, нерусским респондентам, счастливым по самоидентификации, а так же жителям Северо-Западного, Южного и Северо-Кавказского федеральных округов.

Обратное представление Родины как «нашей общей главной ценности, святой Отчизны, Родины-матери» острее всего выражено у сравнительно обеспеченных людей, у жителей городов-миллионников и у соблюдающих христианские заповеди россиян.

Интересная находка:  называющие себя православными люди достаточно сильно различаются по своему представлению о Родине. Живущие по Заповедям Божиим, а также относящие себя к интеллигенции или к обеспеченным слоям общества, чаще видят в Родине нечто объединяющее, своего рода коллективную или совокупную святыню. Напротив, менее обеспеченные и/или менее образованные православные склоняются к малой, «частной» родине.

Подробнее о результатах исследования – в материале, предлагаемом Вашему вниманию.

I Родина для всех

1. Великое в малом: большие числа малой родины

Лидирует вариант №2.

Его называют свыше четверти респондентов как в целом, так и отдельно по выборкам мужчин и женщин. Кроме того, он первенствует во всех иных выборках опрошенных за редчайшим исключением (о таких примерах – ниже). К лидерам по частоте упоминания также относятся варианты 3, 6, 7 и 8. Только пять этих ответов обходят по популярности вариант «затрудняюсь ответить, нет ответа». Остальные девять вариантов следует причислить к группе аутсайдеров (по крайней мере в статистическом смысле).

ФАКТ: Как легко видеть, в основном опрошенные выбирают «личностные» понятия, связанные с домом, малой родиной и местом проживания. «Державные», «патриотические» категории им сильно уступают, а в числе характеристик-лидеров место находится лишь одной из них.

2. Гендерные и возрастные различия: среди мужчин больше патриотов, а пенсионеры реже понимают Родину в «домашнем» смысле

Мужчины и женщины на вопрос исследования отвечают практически одинаково – пожалуй, за одним-единственным исключением: голос представителей сильного пола, вспоминающих о «чувстве патриотизма, любви к Родине и гордости за нее», становится различим по отношению к статистическому фону (10% упоминаний против 6% у женщин).

Анализ же распределения самых популярных ответов в разных возрастных когортах позволяет проследить гораздо более интересную динамику. Оказывается, что «домашнее» понимание Родины в первую очередь присуще молодежи и людям среднего возраста, сформировавшимся как личности на излете советской эпохи либо еще позднее. Представители старшего поколения, и в первую очередь пенсионеры, чаще называют «державно-патриотические» варианты (хотя и для них «отчий дом» в целом также вне конкуренции).

ФАКТ: Понимание Родины как абсолютной святыни и величайшей ценности в жизни человека (вариант № 14), в целом встречающееся довольно редко (5%), собирает по 11% упоминаний у респондентов в когортах 55 – 64 года и старше 65 лет. К этому показателю ближе всего подбираются (хотя и не достигают его) респонденты из трех выборок: верящих в Бога, религиозных, не доверяющих Патриарху Кириллу.

3. Россию как страну и государство сильнее всего чтят в городах-миллионниках

Понятийная ассоциация «отчий дом» оказывается второй, уступая лидирующую строчку, только в шести статистически значимых выборках: в возрастной когорте 35-44 лет; среди специалистов и инженеров; среди занятых в сфере услуг, сервиса, бытового обслуживания; среди жителей городов-миллионников; среди жителей мегаполисов с населением от 250 до 1000 тыс. чел.; среди обитателей Дальнего Востока.

Однако в пяти из перечисленных выборок самым популярным остается какой-либо другой «приватно-домашний» ответ. И лишь население городов-миллионников (в эту группу не включались москвичи, составившие отдельную выборку) отдает пальму первенства варианту №3. В этом принципиальное отличие понимания Родины данной группой респондентов от всех остальных россиян.

II. «Домашние» и «державные» представления в ассоциативном ряду понятия «Родина». «Коэффициент державности» как мера их количественного соотношения. Группы «частников» и «державников»

Поскольку список обобщенных характеристик (вариантов ответов), перечисленный в преамбуле, весьма обширен, без дальнейшего укрупнения групп для выявления общих закономерностей его анализировать крайне трудно. Поэтому на следующем этапе работы с данными полевых исследований мы рассчитали (как в целом по России, так и для отдельных выборок) совокупные индексы популярности «частно-домашних» и «государственно-державных» ассоциативных понятий. Значение «домашнего» индекса восприятия Родины принималось равным алгебраической сумме частот упоминаний вариантов №№ 2, 6, 7, 8 и 9 («домашний ансамбль ответов»), а значение «державного» — аналогичной сумме по вариантам №№ 3, 5, 10, 11, 12, 13, 14 («державный ансамбль»). Варианты 1 и 4, не обладающие ярко выраженной ассоциативной привязкой ни к тому, ни к другому ансамблю, принимались в данной разбивке за нейтральные. Заметим, что в общем массиве частоты их упоминаний весьма малы и несущественны в сравнении с практически всеми излагаемыми ниже статистическими параметрами и расчетными показателями.

Однако сами по себе «державный» и «домашний» индексы по-прежнему не очень удобны для анализа. Ведь их статистические веса в разных выборках различны (и по этой причине нормировка затруднена), а абсолютные значения трудно интерпретируемы. Поэтому мы вводим «Коэффициент державности» (КД) ассоциативного восприятия Родины в оценках респондентов, определяемый как частное значений «державного» и «домашнего» индексов. Следует особо оговорить, что это условное название. Несмотря на то, что количество формулировок «державного» ансамбля на две превышает аналогичный показатель в «домашнем» ансамбле, в подавляющем большинстве выборок исследования значения КД оказались меньше единицы.

ПРИМЕР: Суммарная частота упоминаний ответов «домашнего» ансамбля, рассчитанная для населения России в целом, составляет 80%, а «державного» — 40%. Получаем общероссийское значение КД=40:80=0,5.

Именно это значение, очевидно, следует принять за реперный водораздел, разграничивающий группы «частников» и «державников» в понятийных ассоциациях со словом «Родина» (ниже это значение мы именуем фоновым). Чем меньше значение КД, тем сильнее представлены в соответствующей выборке «домашние» мотивы, а чем оно больше – тем мощнее проявляются «державно-государственнические» настроения. Ниже излагаются основные выводы, сделанные на основании расчетов КД для отдельных выборок исследования.

1.     Возраст и род занятий: старшее поколение – «державники», а домохозяйки – адепты «отчего дома»

Как уже отмечалось выше, с увеличением возраста опрошенных значение КД для соответствующей возрастной когорты растет. Критичным же становится именно переход через 55-летний рубеж.

ЗАМЕЧАНИЕ. АНТИПОДЫ и «БЛИЗНЕЦЫ»: топ-менеджеры, рабочие, домохозяйки, неработающие пенсионеры.

Интересны сравнительные результаты для перечисленных групп опрошенных по характеристикам-лидерам (напомним, к ним относятся ответы №№ 2, 3, 6, 7 и 8). «Державники»-пенсионеры на удивление редко понимают под Родиной Россию как страну и государство – столь же редко, как и рабочие (также, кстати, относящиеся к выраженным «державникам» с КД=0,56). Этот эффект, впрочем, компенсируется низкими уровнями ассоциацией с «Родиной» таких понятий, как «дом» (9% у пенсионеров и 11% у рабочих) и «место, где живут мои родные, близкие, семья» (12% и 16% соответственно). Сравните: руководители высшего звена и бизнесмены уделяют обоим этим вариантам по 26% своего внимания. Тоже удивительно редко (всего в 9% случаев) думают о Родине как о просто «доме» респонденты, для которых основным видом деятельности является домашнее хозяйство. Зато они – самые яркие адепты «отчего дома» (39% упоминаний – почти в 1,5 раза больше, чем в среднем по стране).

2. Образование и сфера деятельности: диплом – удостоверение «державника»?

Практически все выборки респондентов по уровню образования демонстрируют близкое к фоновому значение КД.

Исключение лишь одно: в группе лиц с высшим образованием начинают преобладать «державники».

ЗАМЕЧАНИЕ. АНТИПОДЫ и «БЛИЗНЕЦЫ»: промышленность, сфера обслуживания и вся Россия в целом.

В сравнении с фоновым значением КД, наблюдаемом в промышленном производстве, к выраженным «частникам» (КД=0,43)  следует причислить представителей сферы услуг, сервиса, бытового обслуживания. Обеспечивается такая разница, по сути, за счет одной-единственной позиции: «место, где живут мои родные, близкие, семья» во второй из упомянутых выборок собирает 24% голосов (и является самым популярным ответом, что вообще-то нехарактерно), а в первой – только 20%. При этом опрошенные из индустриального сектора в своем видении Родины практически ничем не отличаются от среднего россиянина.

3.     Доход и материальное положение: чем богаче, тем «державней».

Если проанализировать зависимость показателя КД от уровня достатка респондента, становится ясно: чем тот благополучнее, тем слабее его «частные» мотивы в образе Родины.

Однако к ярко выраженным «частникам» следует относить лишь беднейшие, а к ярко выраженным «державникам» — наиболее обеспеченные слои населения.

  1. Количество детей в семье слабо влияет на уровень восприятия.

Однако отсутствие детей индуцирует в основном «частные», а наличие единственного ребенка – «державные» настроения.

3.    Место жительства: Москвичи – мигранты-патриоты или иваны, родства не помнящие?

Воспринимающие Родину в державно-государственном смысле сосредоточены в первую очередь на Дальнем Востоке, в Центре России и в городах-миллионниках, а в приватно-домашнем ключе – в Южном и Северо-Кавказском федеральных округах, а также в городах с населением менее 1 млн. чел.

ФАКТ: Между размером города и распространенностью в нем «державного» восприятия Родины существует прямая связь: чем больше людей живут в пределах конкретной городской черты, тем выше у них значение КД. Однако в сельской местности, где поселения, как известно, небольшие, эта зависимость перестает работать. Селяне, как и обитатели городов-миллионников, оказываются «державниками», хотя их настрой и не столь ярко выражен (в основном из-за того, что они реже по сравнению с обитателями крупнейших городов страны воспринимают Родину как страну и государство).

ФАКТ: Несмотря на близкие значения КД у Москвы и у других городов-миллионников, в восприятии Родины их обитателями есть существенная разница. В столице реже, чем в крупнейших провинциальных городах страны, осознают Родину как «Россию, страну, государство» (19% к 27%) и слабее ощущают «чувство патриотизма, любовь к Родине, гордость за нее» (8% к 12%). Впрочем, реже здесь также вспоминают, что Родина – это «место, где живут мои родные, близкие, семья» (12% к 19%) или что это «моя область, край, город, поселок, деревня» (4% к 12%). Возможное объяснение этого феномена на поверхности: Москва давно превратилась в универсальный плавильный котел для приезжих из самых разных регионов страны (причем как горожан, так и селян), поэтому восприятие Родины современными москвичами заметно размыто, особенно на общероссийском фоне.

ФАКТ: Между профилями восприятия Родины у жителей городов, не относящихся к миллионникам, тоже немало различий. Все эти населенные пункты формируют совокупность «частников». Но если для обитателей городов с населением от 50 до 250 тыс. чел. Родина – это в первую очередь отчий дом (34%) или нынешнее место жительства и работы (20%), то в мегаполисах крупнее 250 тыс. чел. (где, как правило, тоже много приезжих) с отчим домом по ценности уравнивается «место, где живут мои родные, близкие, семья». В малых же городах и поселках городского типа, куда, как известно, население также мигрирует (но в основном из деревень) подобный мотив тоже присутствует, однако в меньшей степени.

ЗАМЕЧАНИЕ. АНТИПОДЫ и «БЛИЗНЕЦЫ»:  Для сибиряков важны страна и государство, а на Дальнем Востоке особая Родина

При всех климатических, культурных, популяционных и территориальных различиях в совокупность «частников» угодило население трех федеральных округов: Северо-Западного (СЗО), Южного и Северо-Кавказского. В колоссальное значение «домашнего» индекса СЗО (заметим, рекордного вообще по всем выборкам данного исследования) главный вклад внесли два ответа: «отчий дом» (40%) и «место, где живут мои близкие, родные, семья» (26%). На Юге России значимость отчего дома еще выше (там она достигает рекордных 44%), но на второй позиции оказывается «место, где я живу, работаю» (22%).

По значению КД сибиряки несколько проиграли жителям Центра. Однако нельзя не упомянуть значимость для них России как страны и государства: их 26% — абсолютный рекорд исследования по данному варианту ответа. А вот на Дальнем Востоке, несмотря на еще бОльшее значение КД, похоже, какая-то своя, трудноузнаваемая Родина с размытыми очертаниями. Первым по популярности здесь оказался вариант «затрудняюсь ответить» (27%), а вторым – «место, где живут мои родные близкие, семья» (24%). Кроме того, здесь как нигде много респондентов, которым за державу обидно (7%), и невероятно мало – считающих, что Родина – это просто «дом» (те же 7%) или что это «моя область, край, город, поселок, деревня» (точнее, таковых вообще не оказалось – и это также уникальный факт).

3.    Образ Родины и политические предпочтения: сторонники Владимира Путина не отличаются от среднего россиянина, а среди «зюгановцев» больше «державников»

Взаимосвязь между политическими пристрастиями респондентов и пониманием Родины выявлялась просьбой респондентов озвучить, кого из кандидатов в президенты России они поддержали на выборах весной этого года. Оказалось, что самое «державное» понимание Родины присуще сторонникам Геннадия Зюганова.

ФАКТ: Как показывает подробный анализ, распределение ответов на вопрос исследования в выборке сторонников Владимира Путина практически совпадает с общим распределением, а соответствующие коэффициенты – с фоновыми. Аналогичный эффект можно подметить, анализируя две другие выборки респондентов: заявляющих о своем доверии Путину и доверяющих Патриарху Кириллу.

3.    Идентичность россиян в представлениях о Родине: чего счастливые не наблюдают

В рамках исследования была предпринята попытка увязать видение  Родины россиянами с характеристиками, описывающими их самоощущение и социокультурное мировоззрение. Необходимо заметить, что выявление «тонких» закономерностей здесь затруднено: как оказалось, большинство выборок обладают малым статистическим весом и, соответственно, большими дисперсией и стандартной ошибкой. Приводим наиболее показательные данные по массивам, обладающим статистически достоверными объемами.

Как видно, респондентам, осознающим себя счастливыми людьми (заметим, они пребывают в большинстве: их выборка включила 52% участников опроса), заметно реже сопутствует «державное» понимание Родины по сравнению с общероссийским показателем. Достигается это за счет того, что они более явно (на 2 процентных пункта) видят в Родине как «просто дом», так и «место, где живут родные, близкие, семья», и при этом на те же 2 процентных пункта меньше испытывают чувство патриотизма, любовь к Родине и гордость за нее.

ФАКТ: По сравнению с пользователями Интернета и телезрителями аудитория таких классических СМИ, как радио и периодическая печать, обладает значительным признаком «державности» в образе Родины.

ЗАМЕЧАНИЕ. АНТИПОДЫ и «БЛИЗНЕЦЫ»:  Регулярно посещающие службы на фоне всех православных, соблюдающие и не соблюдающие заповеди, средний класс и интеллигенты, русские и нерусские респонденты

На фоне «верящих в Бога, но конкретную религию не исповедующих» (выборка – четверть всех опрошенных) «православные, принадлежащие к РПЦ», демонстрируют некоторую потерю «державности» (значения КД – 0,57 и 0,53 соответственно). Если же проанализировать настроение регулярно посещающих службы верующих (выборка – 8%), результаты будут различаться уже разительно: КД для них составляет 0,39, что соответствует едва ли не предельно выраженному «частно-домашнему» пониманию Родины. Происходит так потому, что посещающие службы гораздо меньше видят в Родине Россию как страну и государство (15% против 23% у всех православных РПЦ), и реже испытывают гордость за нее (4% против 7%), зато чаще соотносят с Родиной отчий дом (34% и 30%) и «место, где живут родные, близкие, семья» (21% и 18% соответственно).

Обратный эффект наблюдаем, сравнивая соблюдающих и не соблюдающих основные христианские заповеди респондентов. Россияне, соблюдающие в своей жизни Заповеди Божии (выборка – 6% респондентов) – существенно чаще «державники», независимо от их вероисповедания по самоидентификации (КД = 0,77). Они гораздо реже соотносят с Родиной практически все «домашние» понятия, зато вдвое чаще по сравнению с фоном испытывают гордость за нее, видят в ней мать и воспринимают ее как абсолютную святыню.

На фоне представителей титульной нации респондентам, не отнесшим себя к русским (выборка — 6%), присуще пониженное значение КД, равное 0,44. Эти опрошенные вдвое реже, чем русские, понимают под родиной «Россию, страну, государство», вдвое чаще — «мою область, край, город, поселок, деревню» и на треть чаще — место работы или жительства.

И еще один интересный результат. Как четкие державники проявляют себя интеллигенты (КД = 0,59) – по сравнению с теми, кто отнес себя к «среднему классу» (КД = 0,43).  Каких-то отдельных характерных черт в этой антитезе подметить не удается: свое преимущество «державники» выбирают понемногу, но практически в каждой из возможных позиций.

В оформлении релиза использованы фотографии участников фотоконкурса «Святое и ценное»: Эдуарда Кутыгина, Евгения Решетнёва, Надежды Сорокиной, Светланы Вершининой, Елены Цимбаловой

Комментарии экспертов к итогам опроса

Александр Архангельский, писатель, публицист, телеведущий

Они говорят: «Мы про государство», а хотят сказать: «Мы про город»

↑ к началу статьи

Я бы не стал разделять россиян на тех, кто рассуждает о стране, как «державники» или как «частники».

Мы прекрасно понимаем, что сколько-нибудь общая в социальном и политическом смысле жизнь в России происходит только в крупных городах. А если посмотреть, как живут маленькие города, села, то мы видим, что живут они автономно, за редким исключением. Да, они как-то участвуют в политической жизни страны, да, они что-то видят по телевизору, но реальных жизненных институтов, которые связывают их с целой страной, просто нет. Они как жили во времена феодальной раздробленности в малых княжествах, так и продолжают жить. То, что у соседа нет газа, а у меня есть, и наоборот, — это проблема, это то, что реально, а все остальное для них абстракция.

Что касается жителей городов-миллионников, то их объединяет с жителями других городов-миллионников не общая страна, а общий опыт. Общегородские темы, проблемы, противоречия делают их похожими друг на друга. Благодаря им они друг друга опознают, и не как сограждан, а как жителей таких же мегаполисов, потому что проблемы большого города реально ощутимы.

Потому проблема «частников и державников» похожа на то, как, бывает, у человека спрашивают: «Ты православный?» — «Конечно, я православный», — отвечает он, хотя в церковь не ходит никогда в жизни. Потому что когда люди не знают, что значит быть русским, они определяют это через ближайшее осязаемое – Православие. Это храмы, купола, кресты — то, что они более или менее представляют. Вот они и говорят: «Мы православные». А на самом деле они хотят сказать: «Мы русские».

Так и люди в опросе говорят: «Мы про государство», а на самом деле хотят сказать: «Мы про город, про реальное, про то, с чем мы соприкасаемся».

При этом еще есть Москва. Я бы классифицировал объекты так: Москва, миллионники и остальные населенные пункты. И вот в Москве, именно в силу близости к центру власти, есть ощущение города-государства, и вот тут политическое оказывается для многих не темой для разговоров у подъезда, а некой формой реального социального опыта, не абстракцией, а тем, что касается меня лично.


Протоиерей Максим Первозванский, главный редактор журнала «Наследник»

Для большинства людей, «соблюдающих заповеди», Родина является второй высшей ценностью после Бога

↑ к началу статьи

Люди, стремящиеся жить по заповедям, имеют более высокий уровень ответственности, осознанности своих действий и восприятия окружающей среды. Поэтому среди них более высок процент тех, кто воспринимает Родину как «нашу общую главную ценности, святую Отчизну, Родину-мать».

Я не хочу сказать, что они более ответственны по факту, но в собственном сознании они ощущают свою неформальную принадлежность к религии. Стремление жить по заповедям – это не просто причисление себя к православной церкви, а жизненное кредо, связанное с его базовыми ценностями, исходя из которых, он принимает те или иные решения.

Естественно, что Церковь – это общность людей, превосходящая нацию, народ и Родину. Точно так же, как человек, называя Родину матерью, любит и свою семью, и своих детей, и свою жену. Так же и человек, стремящийся жить религиозными идеалами, воспринимает Родину как важную часть своей жизни, общность, к которой он принадлежит и за которую он отвечает.

Хотя, безусловно, существует определенный процент религиозных людей, которые вполне осознанно считают, что у них нет земного отечества. Так, покойный отец Даниил (Сысоев) проповедовал, как он сам выражался, уранополитизм. (Уран по-гречески «небо».) Иными словами, он проповедовал небесное гражданство. Конечно, христиане воспринимают себя «гражданами неба», но лишь для немного их процента такое понимание делает земную жизнь чем-то малозначащим. Для большинства людей с подобным мировоззрением Родина является второй высшей ценностью после Бога, как правило, ценностью, превосходящую семью, собственную жизнь и безопасность.

Дело в том, что настоящее религиозное сознание выстраивает иерархию ценностей, в центре которой находится не человек, не его собственное «я» и даже не его собственная семья. В этой иерархии ценностей, ответственностей, принадлежностей, естественно, находится место и для земной родины христианина. У человека же, который относит себя к православию лишь по формальным признакам, такая иерархия, хоть в какой-нибудь степени превосходящая его личную значимость и значимость его ближайшего окружения,  не сформирована.  Для него на первом месте «я», потом «моя семья», потом малая родина, большая Родина, Бог, Церковь.


Александр Высоковский, Декан Высшей школы урбанистики НИУ ВШЭ

В Москве уже проявляются черты глобального города

↑ к началу статьи

Как следует из данных опроса, «в столице реже, чем в крупнейших провинциальных городах страны, осознают Родину как «Россию, страну, государство» (19% к 27%) и слабее ощущают «чувство патриотизма, любовь к Родине, гордость за нее» (8% к 12%). Здесь также реже вспоминают, что Родина – это «место, где живут мои родные, близкие, семья» (12% к 19%) или что это «моя область, край, город, поселок, деревня» (4% к 12%).»

Такие результаты опроса связаны с тем, что в Москве уже проявляются черты глобального города. Также причина в том, что люди ощущают себя в большей степени космополитами, имеющими свободу выбора в месте жительства.


Владимир Лавров, Историк

«Мы живем, под собою не чуя страны…»

↑ к началу статьи

«Мы живем, под собою не чуя страны…» писал О. Мандельштам о сталинских временах. Но такова великая классическая литература, что остается актуальной и в постсоветские времена. Развитию Восточной Сибири и Дальнего Востока уделялось большое внимание при императорах Александре III и Николае II, премьер-министрах С.Ю. Витте и П.А. Столыпине. В советскую эпоху существовала система льгот для работающих в этих важных регионах. Однако строительство общества без частной собственности являлось обреченным строительством, и проведение трудных рыночно-буржуазных преобразований было неизбежно. Но не было неизбежным равнодушие к развитию Дальнего Востока. Равно не был неизбежным разгром конкурентоспособной гражданской авиации, доведение космонавтики до полуобморочного состояния и т.п. За подобные просчеты ответственны власть предержащие последних двадцати лет.  Причем не только на Дальнем Востоке, но и в столице есть ощущение, что наиболее высококвалифицированные,  деятельные и самостоятельные люди не востребованы и не имеют перспектив на Родине.

         Это первый фактор, проявившийся в проведенном социологическом опросе. Второй заключается в том, что и в царской, и в советской России имелось то, что называют государственной идеологией. Да, коммунистическая идеология являлась утопической и потому временной, но она была. А что сейчас? Ради чего вкалывать? Жить ради чего? Характер русских людей требует великих целей, а вместо них подсовывается только идеология потребления.

         Как показывает опыт Западной Европы, падение рождаемости связано не только и даже не столько с благосостоянием, сколько с утратой традиционных христианских ценностей и представлений, в том числе о семье и детях, о предназначении мужчины и женщины. Если цель жизни исключительно потребление и карьера, то дети оказываются помехой. И русские женщины рожают по одному ребенку, что ведет к сокращению скрепляющей государство нации. А как говорил премьер Столыпин, свято место пусто не бывает, если не русские освоят Сибирь и  Дальний Восток, то это сделают китайцы.



NIKE PAS CHER POUR FEMME nike jordan 6 homme pas cher